Дизайн и креатив с точки зрения SEO

Как то раз Артемий Лебедев переоделся Платоном Щукиным и пошел в гости к Лере Стразе. А она ему и говорит - я бы тебя кофе угостила, да вчера Лебедев был и все выпил. Лебедев ничуть не сконфузился, а пошел в свое кафе - пить лучший в мире кофе, по дороге плюясь в витрины кофе-хауса.

Платон Щукин очень любил вебмастеров. Как поймает какого вебмастера, и давай его по голове гладить, утешать.
А Артемий Лебедев не любил вебмастеров. Вечно он их порол, да обзывался на них матом.
Платон за это не любил Лебедева, и когда видел его, клюкой по голове бил.

правильно их сняли с производства. мыло ру жгет

Важно
Перешли всем!
В Интернете появилась новая разновидность спама. Злоумышленники рассылают по электронной почте письма, зараженные вирусами гриппа, герпеса, гепатита В и СПИДА. Всякий, кто открывает данное письмо, немедленно заражается одним или нескольким заболеванием и тут же заражают остальных. Управлением К уже пойман один из злоумышленников. Им оказался нигде не работающий гастрабайтер из Антарктиды. В свое оправдание он ничего не сказал, поскольку пингвины не умеют говорить.

Произвожу древнюю операцию по высвобождение порабощенного сознания по методу фиванских жрецов храма Амона-Ра ибн Именхотепа.. Для этого специальными щипчиками для ногтей через уши и нос из головы человека извлекается мозг, аккуратно перемалывается в кухонном комбайне тефаль, для придания остроты и свежести обрабатывается в режиме гриль в микроволновке той же фирмы (это была скрытая реклама) и полученные соли развеиваются по ветру со словами АШ ОЙТ ЙОГ СОТТОД ТАШИС!

Высвобожденное сознание отправляется в высшие сферы для обновления и отречения, а тело остается на мамбе, где вступает в игру лидеры и предлагает всем желающим страпон, кунни, и почитать его дневник.

Воркалось. Хливкие шарьки
Пыряли по наве,
И хрюкотали зелюки,
Как мумзики в мове.

Тёмная ночь.
Только пули свистят по степи
один пуля все ночь напролет
за Ахметом гонялся

полночь идет
а Ахмета уж полчаса нет
с этой пулей всю ночь напролет
во степи он остался

юмор детский

В Америке состоялся суд над семьей проходимцев, которые выдавали себя за агентов ЦРУ, обещая излечить доверчивых граждан при помощи спутника на орбите…

Тяжкий случай. Когда SEO совсем загнется - поеду в Америку, буду выдавать себя за внука Авраама линкольна или Рузвельта, по обстоятельствам.

Без хлеба с икрой не останусь.
осталось только выучить язык.

Здравствуйте, вы меня не узнаете?
Ротшильд, черноглазый большеносый еврей в синем пиджаке и в таких же брюках, заправленных в сапоги на высоких каблучках от Гуччи, посмотрел на посетителя довольно рассеянно и заявил, что не узнает.
- Неужели не узнаете? А между тем многие находят, что я поразительно похож на своего отца.
- Я тоже похож на своего отца, - нетерпеливо сказал Ротшильд. - Вам чего, товарищ?
- Тут все дело в том, какой отец, - грустно заметил посетитель. - Я сын президента Линкольна.
Ротшильд смутился и привстал. Он живо вспомнил знаменитый облик революционного президента с бледным лицом и в черной пелерине с бронзовыми львиными застежками, который каждый день видел на долларовой купюре. Пока он собирался с мыслями, чтобы задать сыну американского героя приличествующий случаю вопрос, посетитель присматривался к меблировке кабинета взглядом разборчивого покупателя
Когда-то, в времена Рузвельта, меблировка присутственных мест производилась по трафарету. Выращена была особая порода казенной мебели: плоские, уходящие под потолок шкафы, деревянные диваны с трех дюймовыми полированными сиденьями, столы на толстых бильярдных ногах и дубовые парапеты, отделявшие присутствие от внешнего беспокойного мира. За время сексуальной революции 1960-х годов и движения хиппи, эта порода мебели почти исчезла, и секрет ее выработки был утерян. Люди забыли, как нужно обставлять помещения миллионеров, и в их кабинетах показались предметы, считавшиеся до сих пор неотъемлемой принадлежностью частной квартиры. В офисах появились пружинные адвокатские диваны с зеркальной полочкой для семи фарфоровых слонов, которые якобы приносят счастье горки для посуды, этажерочки, раздвижные кожаные кресла для ревматиков и голубые японские вазы. В кабинете Ротшильда, кроме обычного письменного стола, прижились два пуфика, обитых полопавшимся розовым шелком, полосатая козетка, атласный экран с Фузи-Ямой и вишней в цвету и зеркальный негритянский шкаф грубой рыночной работы.
“А шкафчик-то типа “Гей, негритяне! ” - подумал посетитель. - Тут много не возьмешь. Нет, это не Рио-де Жанейро”.
- Очень хорошо, что вы зашли, - сказал, наконец, Ротшильд. - Вы, вероятно, из Вашингтона?
- Да, проездом, - ответил посетитель, разглядывая козетку и все более убеждаясь, что финансовые дела Ротшильда плохи. Он предпочитал офисы миллионеров, обставленные новой шведской мебелью из “Икеи”.
Ротшильд хотел было спросить о цели приезда лейтенантского сына в Нью-Йорк, но неожиданно для самого себя жалобно улыбнулся и сказал:
- Небоскребы у нас замечательные. Были. Тут уже из Юнеско приезжали, Церетели заскакивал, собираются реставрировать. Скажите, а вы-то сами помните подписание декларации независимости”?
- Смутно, смутно, - ответил посетитель. - В то героическое время я был еще крайне мал. Я был дитя.
- Простите, а как ваше имя?
- Жора… Жора Линкольн.
- А по батюшке?
- Ах, как нехорошо! ” - подумал посетитель, который и сам не знал имени своего отца.
- Да-а, - протянул он, уклоняясь от прямого ответа, - теперь многие не знают имен героев. Угар глобализации. Нет того энтузиазма, Я собственно попал к вам в город совершенно случайно. Дорожная неприятность. Остался без цента. Ротшильд очень обрадовался перемене разговора. Ему показалось позорным, что он забыл имя американского героя. “Действительно, - думал он, с любовью глядя на воодушевленное лицо героя, - глохнешь тут за работой. Великие вехи забываешь”.
- Как вы говорите? Без цента? Это интересно.
- Конечно, я мог бы обратиться к мэру Нью-Йорка, этому итальяшке, - сказал посетитель, - мне всякий даст, но, вы понимаете, это не совсем удобно с политической точки зрения. Сын революционера - и вдруг просит денег у какого то итальянца, у мафиози…
Последние слова сын лейтенанта произнес с надрывом. Ротшильд тревожно прислушался к новым интонациям в голосе посетителя. “А вдруг припадочный? - подумал он, - хлопот с ним не оберешься”.
- И очень хорошо сделали, что не обратились к мэру, - сказал вконец запутавшийся Ротшильд.
Затем сын Авраама Линкольна мягко, без нажима перешел к делу. Он просил пятьдесят миллионов долларов. Ротшильд, стесненный повышением цен на нефть, смог дать только восемь долларов и три ваучера на обед в благотворительной столовой армии спасения “Бывший друг Джоржа Буша”.